Сайт психолога | Натальи Ретеюм

Для Юнга психика была конкретной и живой реальностью, на личном и на коллективном уровне. В книге «Воспоминания, сновидения, размышления» Юнг описывает внутреннюю фигуру Филемона, который «дал мне ясно понять, что есть в морей психике вещи, которые я не создаю, но которые создают себя сами и существуют независимо от меня». Не приравнивая психику ни к сознанию, ни к бессознательному, Юнг всегда обращался к психике как целому, что конечно не исключало относительную независимость определенных элементов и их взаимодействия. Юнг также отмечал саморегулирующую, балансирующую способность психики.

У психологии уникальное положение среди других наук. Как писал Юнг: «Печально, что психология не располагает точными методами, и все ее расчеты субъективны и пристрастны. У нас нет преимущества «точки Архимеда», которой обладает физика. Физика наблюдает материальный мир с психической точки зрения и может перевести его в психические термины. Психическое же наблюдает само себя и может только перевести психическое обратно в психическое. … Для психологии не существует среды, в которой она могла бы отражаться: она может только изображать себя в себе и описывать себя» (Юнг, том 8, параграф 421). Этот парадокс особенно очевиден, когда мы пытаемся описать структуру психики. Юнгианское понимание структуры психики предполагает, выход за границы отдельной личности, за рамки того, что человек может сознательно и позитивно называть Я, и что поэтому трудно описать словами, невозможно ограничить. Итак, бессознательная часть психики недоступна сознательному осмыслению, и в то же время сильно влияет на состояние, мысли, выборы, поступки. Это вызывает раздражение у нас, современных людей, потому что мы привыкли высоко ценить сознание, с которым связываем освобождение от состояния чисто инстинктивной жизни.  Трудно представить, что помимо благ сознание несет ограничения. И все-таки мы постоянно убеждаемся в  ограниченности сознания, когда наблюдаем проявления бессознательного в обычной жизни: оговорки, как бы случайные, но символичные ошибки и забывчивости, чувства, которые мы не можем контролировать, симптомы, не связанные с заболеванием, а также сны. Человек несет в себе этот парадокс психической разделенности, и хотя мы не можем достигнуть целостности, мы все-таки можем вступить в отношение с целостной психикой, если не игнорируем сам факт своей разделенности.