Сайт психолога | Натальи Ретеюм

С того времени, когда Юнг сформировал основные положения своей теории сновидений, понимание сновидений обогатилось многими важными находками. Открытие фазы сна с быстрым движением глаз позволило выделить интервалы наиболее активной сновидческой деятельности в течении ночи. Марк Солмс сделал существенный вклад в изучение механизмов сновидений через нейропсихологическое исследование пациентов с повреждениями в различных областях мозга. Опрашивая пациентов о том, изменились ли их паттерны сновидений с момента травмы, и сравнивая их ответы с результатами различных тестирований, он пришел к выводу, что только некоторые части мозга являются необходимыми для возникновения сновидений. Солмс утверждает, что недавно открытая « базовая инстинктивная система млекопитающих» в мозгу, которая ответственна за мотивацию и удовлетворение потребностей, является также источником возникновения сновидений. Эрнест Хартманн (1998), пошел по иному пути. Он изучал в течение долгого времени сновидческие дневники множества испытуемых. В результате Хартманн открыл, что сны создают контекст для выражения эмоций, помогая сновидцу найти метафоры для выражения трудно выразимого эмоционального состояния.

Сны помогают создавать связи на более глубоком уровне, чем бодрствующее сознание, и потому Хартманн называет сны «гиперсвязками». Движущей силой снов, по его мнению, являются наиболее сильные эмоции сновидца; именно эта сила направляет и определяет, какие из бесчисленного множества возможных связей являются наиболее актуальными на данный момент, - так возникают образы сновидений. Так сны создают контекст для возможно неосознанных эмоций с помощью объяснительных метафор. Такое подчеркивание эмоций и структур в исследованиях Хартманна подтверждает идею Юнга о том, что именно комплексы, то есть эмоционально окрашенные психические образования, возникшие вокруг архетипического ядра, объединенные единым эмоциональным фоном, являются « архитекторами снов».